Очередь на заправку уже живёт своей жизнью. Люди выходят из машин, стоят компаниями, общаются, им привозят еду. Администрация города поставила биотуалеты и ограждения, чтобы общественный транспорт хоть как-то проезжал.
С одной стороны, вроде бы адаптация. Люди приспосабливаются, город приспосабливается, жизнь продолжается.
С другой стороны, именно это и пугает. Потому что рядом появляется новый риск: бензин в канистрах, разлив по дворам, запах бензина там, где его вообще не должно быть. И всё это как будто легитимно до первого серьёзного случая, когда одна искра... но даже не хочу об этом думать.
Оберну это в дело на подумать.
Когда процесс сломан, команда часто сначала героически адаптируется: вручную переносит данные, обходит баги, договаривается на коленке, закрывает дыры собой. И внешне кажется: ну работает же.
Но если костыль стал нормой, это уже не адаптация. Это сигнал, что система привыкла жить в аварийном режиме. И вопрос не в том, случится ли прецедент, а в том, насколько дорого он обойдётся.
Какова цена?
С одной стороны, вроде бы адаптация. Люди приспосабливаются, город приспосабливается, жизнь продолжается.
С другой стороны, именно это и пугает. Потому что рядом появляется новый риск: бензин в канистрах, разлив по дворам, запах бензина там, где его вообще не должно быть. И всё это как будто легитимно до первого серьёзного случая, когда одна искра... но даже не хочу об этом думать.
Оберну это в дело на подумать.
Когда процесс сломан, команда часто сначала героически адаптируется: вручную переносит данные, обходит баги, договаривается на коленке, закрывает дыры собой. И внешне кажется: ну работает же.
Но если костыль стал нормой, это уже не адаптация. Это сигнал, что система привыкла жить в аварийном режиме. И вопрос не в том, случится ли прецедент, а в том, насколько дорого он обойдётся.
Какова цена?
